РУССКОЕ

Во вторник 30-го ноября в рамках программы фестиваля "Неделя Российского Кино в Нью-Йорке" показывали фильм нашего земляка Александра Велединского "Русское" снятый по мотивам произведений Эдуарда Лимонова. Сам режиссёр и двое продюссеров снимавшихся в фильме присутствовали на показе и отвечали на вопросы зрителей после показа. Зал был почти полон в основном проживающими здесь русскоязычными соотечественниками, завсегдатаями культурных мероприятий подобного рода. Судя по репликам из толпы собравшейся у входа в кинотеатр перед началом фильма некоторые не знали имени режиссёра, придя , прежде всего, посмотреть экранизацию произведений Эдуарда Лимонова. Уж о ком о ком, а о последнем здесь вряд ли кто не слышал. Лимонов - человек, говорящий о себе то, о чём обычно не говорят, но что с удовольствием смотрят и слушают все, кому свойственны чисто человеческие желания подсмотреть в замочную скважину чужой души и послушать что там за пружины скрипят за соседской стеной. То есть все мы с вами, чего уж скрывать то. Название фильма - "Русское" - заранее предупреждает потенциального русскоязычного зрителя, что за замочной скважиной должно быть нечто такое же как у нас, что-то сокровенное о нас. По сути успех фильма во многом зависел от того оправдается ли это ожидание зрителя увидеть себя за замочной скважиной.

Можно сказать что автор вполне оправдал это ожидание. После показа последовало море оваций, одна из зрительниц во время диалога режиссёра с залом выразила мнение большинства (что подтвердили бурные апплодисменты последовавшие за её речью) : великолепная игра актеров, великолепно подобрана музыка, прекрасная работа художника, превосходная режиссура, замечательный фильм. Чтоб дополнительно удостоверится в аутентичности фильма изображаемым в нём реалиям кто-то из зала спросил не доводилось ли продюсерам или самому режиссёру находится когда-либо в сумасшедшем доме (именно там большей частью происходит действие картины, где выражаясь словами аннотаций к фильму "молодому герою преподают уроки как выживания, так и деградации"). На это Велединский ответил что его мама работала в психбольнице на ул.Июльских Дней нашего славного города медсестрой, и из её рассказов он мог составить довольно хорошее представление о жизни персонала и пациентов жёлтого дома. То есть сомнение публики: мол ну а ты то откуда всё это знаешь до такой степени, режиссёр уверенно парировал своим : а вот таки знаю, ребята.

Когда был задан вопрос о названии фильма, мол были ли ещё какие-то варианты, и почему вообще фильм назван так а не иначе, Велединский ответил что вариантов не было, а фильм назван так потому что отражает дух соответствующего периода нашей с вами истории, наш менталитет. Помню на утверждение режиссёра о нашем менталитете одна из зрительниц сидевших за мной тихо сказала, словно выдохнула: " Но это же ужасно". С точки зрения человека смирённого здешним духом запрограммированной добропорядочности действительно тяжело признать что по крови ль, по месту ль рожления " Да скифы мы, да азиаты мы" ( к слову сказать фильм демонстрировался в "Imagine Asian Theater", то бишь местом своей демонстрации был отнесён к разряду азиатского искусства ). Да трудно уже западному человеку признать что лимоновский бунт живёт в каждом из нас и что сумасшедший дом из фильма в той или иной мере частица каждого из нас. Мы наследовали всё это дикое, нелепое, звериное и в то же время сентиментально человеческое, насильно втиснутое в клетку общественных правил грубо сколоченную кем-то таким же могучим и нелепым как мы. Мы наследовали это так же как герой фильма Эди, замечательно сыгранный актёром Андреем Чадовым, наследовал цинизм вкупе с интуитивной любовью и милосердием от своих родителей произвёдших его на свет нежеланным ребёнком трудного времени с которым потом приходится мирится и которого потом ПРИХОДИТСЯ любить ибо он сам любит и требует любви ( Замечателен эпизод в церкви где Эди открывает Богу своё желание быть необыкновенным и чтоб все-все его любили. По моему это центральный момент фильма, возможно то главное что хотел сказать режиссёр о своём герое )

Мы наследовали своё дикое азиатское - так же как героиня юношеской любовной драмы Эди унаследовала это от своей мамаши тупо по животному преклоняющейся перед доминирующем кобелиным началом с присущими времени его атрибутами. Её вины нет, откуда она знает как любить, может и хотела б да никто это в обозреваемом ею мире не считает любовью, а то что считают - на вкус вовсе не любовь.

Мы наследовали своё дикое азиатское так же как урка из фильма наследовал свой лаконичный свод моральных правил (сдавать своих - заподло, мать, какая б ни была - святое и т.д) придерживаясь которого буквально можно творить любое зло за рамками правил.

Сюда в Америку многие ведь уехали в своё время именно от этого азиатского, от сумасшедшего дома российской жизни так живо изображённого в фильме. От себя, однако, не убежишь, мертвеет человек без корней хоть бы они и в грязи были. Хочется человеку чтоб потрогали его за живую память, катарсиса ему хочется. И вот прилетает к нам Велединский со своим фильмом - нате вам, ребята, катарсис: чувствуйте, вдыхайте, трогайте. А снято-то как! В течение фильма камера словно наезжает на каждый предмет, элемент, фрагмент чтоб зритель осязал всё - трепет кожи, ворс ткани, свежесть падающего снега, мерзкозть дешёвого пойла, остроту ножа, остроту чувств.

Вряд ли у фильма есть какая-то генеральная идея типа "Мораль той басни такова: ....", вся идея - просто передать созерцающему зрителю последовательность многообразных ощущений человека, гармонию абсурда, показать что смысл жизни - жить дальше. Когда я вышел из кинотеатра у меня и было такое ощущение - хочется жить дальше, потому что то что за плечами - не абсолютная, незначимая пустота, а нечто из которого кто-то способен сделать искусство, придать огромную значимость, поднять над земным шаром и показать всем.

Защёл в метро словно из другой русской реальности шагнул в вагон с пуэрто-риканцами, американцами, африканцами,индусами ( кого тут только нет) - еду и думаю: а вот у них есть своё "Пуэрто-Риканское", "Американское", "Индийское"...?

Есть наверно. Все ж люди во многом одинаково устроены - потому мы и фильмы о других людях понимаем, особенно когда снято талантливо.